Электронная приёмная Национального центра исторической памяти 
Из «Доклада об итогах учета ущерба, причиненного немецко-фашистскими захватчиками и их сообщниками на территории Псковской области»: «С первых же дней начались аресты. Псковская тюрьма была переполнена заключенными. Многочисленные документальные доказательства, а также показания свидетелей, подвергавшихся заключению, со всей неопровержимостью устанавливают, что помимо пыток, истязаний в самых широких размерах применялись расстрелы. Существовавшую в тюрьме скученность подтверждает сохранившаяся на стене тюремной камеры № 6 надпись: «Четыре ночи стояли, а теперь не знаем куда нас повезут». Камеры были настолько переполнены заключенными, что люди не имели возможности не только лежать, но даже сидеть. Другие сохранившиеся надписи раскрывают перед нами картину, полную чудовищного трагизма и кровавого ужаса. В одиночной камере № 13 было заключено одновременно 13 человек, из них 5 детей от 2-х до 14 лет. В камере № 6 содержались Богачев Ваня 10 лет и Богачева Люся 4-х лет. В камере № 15 сохранилась надпись: «Здесь сидела Тося 11 лет за скрывательство на чердаке 3 месяца. Долой с русской земли фашистов». На дверях камеры №10 осталась красноречивая надпись: «Стволова Клава здесь держала пытки». Другие надписи проливают свет на трагическую судьбу заключенных. В камере №4 сидели «четыре страдальца из Идрицы»... «Все расстреляны», - как гласит другая надпись. В камере № 22 сидел «Устинов А.И. 1911 года рождения... расстрелян 20 января 1944 года» - написано другой рукой. В камере № 7 имеется надпись: «Голубев Николай Михайлович 1921 года рождения, 23/V», с припиской: «расстрелян 19/IX-1943 года». Фашисты понимали страшную изобличающую силу этих надписей, и на стенах камеры № 6 мы находим такое сообщение без указания фамилии: «Был расстрелян за надпись на стенах 23 февраля 1942 года». Как устанавливают заявления свидетелей Нины Егоровны Громовой и многих других, расстрелы в тюрьме применялись даже в отношении людей ни в чем не виновных. По свидетельству Михаила Васильевича Васильева, переданному комиссии Ниной Егоровной Громовой, из их камеры, в которой находилось 30 человек, двоим удалось бежать. За убежавших отсчитали из камеры 10 человек первых попавшихся под руку и расстреляли. Как рассказывает М.И. Костин, в ноябре 1941 года после трехмесячного заключения Г. Бородавкин был приговорен немцами к расстрелу. Ввиду его полного истощения, последовавшего в результате тюремного режима, он сам не мог выйти из камеры и был вынесен на лопатах, так как из-за антисанитарных условий, введенных немцами, он был весь покрыт вшами, и немцы не хотели к нему прикасаться».
